"Не знать истории — значит всегда быть ребенком" (Цицерон)
"Летопись" в Twitter    "Летопись" в Google+   "Летопись" в Контакте            

Нобелевская премия и СССР
Главная » Статьи » Категория: История России 22.02.2015, 15:38 1792 0

Подданные Советского Союза и России (как старой, так и новой — постсоветской) не раз оказывались в числе кандидатов на получение самой, вероятно, престижной премии мира, носящей имя ее основателя — Альфреда Нобеля. И премия эта далеко не всегда и не всем приносила радость...

становились нобелевскими лауреатами в различных номинациях. Но здесь просматривается очевидный перекос в пользу российских представителей точных наук — физики, химии, биологии и даже экономики. Таковых с начала XX века было не менее 15, да плюс к этому два лауреата Нобелевской премии мира, статус которой весьма туманен. Сложнее обстояло дело с гуманитариями — литераторами. 

Выдвинутый на Нобелевскую в 1906 году Лев Толстой отказался от нее. Точно так же отказался он от авторских прав на все свои произведения, созданные после 1891 года. Что ж, Лев Толстой — личность неординарная. После этого долгое время предложений от Нобелевского комитета нашим литераторам не поступало.

ВСЕ ПРОФУКАЛ

Но вот в декабре 1933 года шведский король Густав V вручил Нобелевскую премию по литературе Ивану Бунину — русскому писателю, эмигранту первой волны. В решении комитета говорилось, что премия присуждается за мастерство, с которым Бунин поддерживает и развивает традиции русской классической прозы. 

При этом прежде всего подразумевался самый большой бунинский роман «Жизнь Арсеньева». В своем ответном слове, так называемой нобелевской лекции, писатель отметил, что он первый из российских изгнанников, отмеченный этой престижной наградой, что вызвало восторженную реакцию русских эмигрантов по всей Европе.

Иван Бунин на церемонии вручения Нобелевской премии

 

Нобелевские лауреаты вольны сами решать, как использовать полученные немалые деньги. Здесь каждый поступает по-своему. Можно вложить их в развитие какого-либо бизнеса, потратить на благотворительность или личные нужды. Иван Бунин — человек, полностью лишенный практицизма, — полученные 170 330 шведских крон фактически профукал. 

Близкая к нему в те годы поэтесса Зинаида Шаховская вспоминала: «Едва вернувшись из Стокгольма, Иван Алексеевич начал устраивать пирушки, раздавать деньги налево и направо эмигрантам, жертвовать различным обществам...» Оставшуюся после всего этого сумму он по совету доброхотов вложил в какое-то «верное дело» и вскоре полностью прогорел.

ШОЛОХОВ-ПУТЕШЕСТВЕННИК

Иначе обстояло дело с Михаилом Шолоховым в 1965 году. Он был единственным советским писателем, чья Нобелевская премия не вызвала реакции отторжения у партии и правительства. Премию он получил «как знак признания художественной силы и честности, проявленных автором донской эпопеи...» 

Король Густав Адольф VI, пожимая руку советскому писателю, назвал его «выдающимся писателем нашего времени». Полученную премию Михаил Александрович использовал разумно — на путешествия. Вместе с детьми он основательно объездил Европу и Японию. Все же часть от полученных 62 000 крон Шолохов вложил в строительство клуба и библиотеки в одной из донских станиц.

М.А. Шолохов и король Швеции Густав Адольф на церемонии вручения Нобелевской премии

 

«ОРУДИЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ РЕАКЦИИ»

Совсем по-другому была встречена в Советском Союзе весть о присуждении Нобелевской премии по литературе российскому поэту и прозаику Борису Пастернаку. В число номинантов на премию Пастернак входил ежегодно в течение 5 лет вплоть до 1950 года. Наконец в 1958 году его кандидатуру снова выдвинул Альбер Камю. На этот раз Пастернак стал лауреатом. 

Как указывалось в его нобелевском дипломе, премия присваивалась «за достижения в современной лирической поэзии и продолжение традиций русского эпического романа». И хотя Нобелевским комитетом во главу угла была поставлена лирическая поэзия, в Советском Союзе это решение трактовали по-своему — под эпическим романом однозначно понимался «Доктор Живаго», написанный Пастернаком и опубликованный на Западе. 

Роман сей посчитали не эпическим, а антисоветским. 23 октября пришло решение Нобелевского комитета, а уже через 2 дня «дело Пастернака» рассматривалось партийной группой Союза советских писателей. 27 октября по рекомендации группы состоялось общее собрание ССП, на котором отсутствующий Пастернак подвергся уничижительной критике. Каких только ярлыков на него не навешивали: писатель был заклеймен как «орудие международной реакции», «власовец» и т. п. 

Особенно свирепствовали Софронов, Ажаев, Николаева. Ни у кого из коллег обвиняемого не хватило мужества встать на его защиту, лишь некоторые из них уклонились от участия в побоище, под разными предлогами не явившись на собрание. По итогам голосования Нобелевский лауреат был исключен из Союза советских писателей. Подавленный Пастернак был вынужден отказаться от премии. 

В письме в адрес Шведской академии он писал: «В силу того значения, которое получила присужденная мне награда в обществе, к которому я принадлежу, я должен от нее отказаться. Прошу Вас не счесть мой отказ за оскорбление». Отказ не спас поэта от участи изгоя у себя на родине. В течение 30 лет его произведения не печатались, о его творчестве не упоминалось нигде. 

Так в забвении Борис Пастернак скончался 16 мая 1960 года в подмосковном Переделкино. И все-таки присужденная ему премия по прошествии 31 года была вручена. Ее за отца получил сын Бориса Леонидовича. Шведская академия признала отказ Бориса Пастернака от премии вынужденным по политическим мотивам.

ОТКАЗ ОТ ОТКАЗА

Следующий эксцесс, связанный с Нобелевской литературной премией, случился в октябре 1970 года, когда «за нравственную силу, почерпнутую в традициях великой русской литературы» она была присвоена советскому писателю-диссиденту Александру Солженицыну, автору изданного за рубежом «Архипелага ГУЛАГ». 

Прежде чем стать писателем, Александр Исаевич прошел войну (кавалер двух боевых орденов), сталинские лагеря и шарашки. Реабилитирован был в 1956 году. Он стал пока единственным Нобелевским лауреатом, получившим премию всего через 8 лет с момента первой публикации. Факт присуждения ему Нобелевской премии советское правительство восприняло крайне негативно. Новоиспеченный лауреат не стал отказываться от награды, но в торжественной церемонии ее вручения участвовать не смог. 

Его «отказ от отказа» послужил поводом для травли писателя. В 1971 году были конфискованы все его рукописи, а все, что уже было издано, изымалось из библиотек и безжалостно уничтожалось. В 1974 году А. Солженицына лишили советского гражданства и депортировали из Союза. В изгнании Нобелевская премия очень помогла писателю: на полученные деньги он смог приобрести для семьи дом в американском штате Вермонт, где продолжал литературную работу в течение почти 20 лет. 

Жена писателя уверена, что только Нобелевская премия, сделавшая Солженицына всемирно известным, спасла его от физического уничтожения в СССР. В 1990 году Солженицыну вернули советское гражданство, и в 1994 году он вернулся в Россию.

«РУССКИЙ САМОВАР»

Следующим и пока последним российским литератором — Нобелевским лауреатом в 1987 году стал опять поэт-изгнанник— Иосиф Бродский. На момент присуждения премии он был уже гражданином США, профессором нескольких американских университетов. 

Иософ Бродский. Вручение Нобелевской премии

 

Свои произведения он одинаково успешно писал как на родном русском, так и на английском языках. До него на такое был способен лишь В. Набоков. В поэзию Иосиф вошел еще юным ленинградским школьником. Сразу был замечен. Анна Ахматова уже тогда предрекала ему поэтическую славу и нелегкую жизнь. 

Так и вышло. В 1964 году поэта обвинили в тунеядстве. Суд посчитал, что написание стихов — занятие для советского человека недостойное, и отправил его в ссылку. После возвращения в Ленинград Бродский так и не смог найти для себя работу, достойную в глазах власти. В1972 году он эмигрировал сначала в Европу, затем — в США. Нобелевскую он получил «за всеобъемлющее творчество, пропитанное ясностью мысли и страстностью поэзии». 
Нобелевскими деньгами Бродский распорядился очень практично и толково: большую часть их вложил в развитие ресторана «Русский самовар» на Манхэттене в Нью-Йорке. Заведение не только приносит стабильный доход его совладельцам (в числе которых и Михаил Барышников), но и стало одним из центров русскоязычной культуры Америки.

Константин РИШЕС


Бродский, шолохов, ссср, Нобелевская премия, бунин


Другие статьи по теме:


Всего комментариев: 0
avatar