"Не знать истории — значит всегда быть ребенком" (Цицерон)
"Летопись" в Twitter    "Летопись" в Google+   "Летопись" в Контакте            

Ла-Вуазен - Версальская отравительница
Главная » Статьи » Категория: Новая и Новейшая история 27.01.2015, 21:53 4999 0

Считалось, что начало новой моде решать проблемы с помощью яда положили два итальянца — Екзили и Дестинелли. В попытках отыскать философский камень они нашли формулу порошка,, имеющего свойство не оставлять после применения никаких следов. Какие возможности таило в себе это случайное открытие! 

За короткий период только во Франции по неизвестным причинам скончалось около 500 человек из знатных родов. Париж буквально парализовало страхом. Множество глав семейств, доверяя теперь только себе, вынуждены были лично закупать продукты и самостоятельно готовить пищу, опасаясь предательства со стороны близких.

ТЕНИ ПОД СОЛНЦЕМ

Великий век короля-Солнца Людовика XIV (1638 - 1715) был не только периодом расцвета Франции, превращения ее в могущественное европейское государство, но и временем оккультизма, черных месс, колдовства... В моду вошли яды как средство улаживать конфликты внутри семей и в ссорах кланов. 

Знать утопала в роскоши, плясала на балах Версаля, тратила целые состояния на великолепные туалеты и экипажи, подобострастно прислуживала королю и мечтала о блестящей карьере при дворе. Все это не мешало травить постылых мужей, неверных жен, братьев-конкурентов в борьбе за наследство или просто недругов. 

Техника отравления ядами была настолько изощренной, что никто не чувствовал себя в безопасности. Засыпая по ночам, дамы видели кошмары о том, как, надев любимые бархатные перчатки, они умирают, задыхаясь от страшного отека легких. Кавалеры боялись облачаться в ночные батистовые сорочки, расшитые кружевами, потому что шанс скончаться в муках в собственной постели был велик. О, сколько их отправилось на тот свет, покрывшись отвратительными кровоточащими язвами!

ПРИБЫЛЬНОЕ РЕМЕСЛО

Именно тогда король-Солнце создал так называемую Огненную палату, в задачи которой входило расследование преступлений, связанных с отравлениями. Долгое время полиция отлавливала лишь мелких сошек, заполняя тюрьмы проститутками и мошенниками, цыганами и шарлатанами-фармацевтами... Эти отравляли своих клиентов с целью наживы. И только спустя годы сыщикам повезло поймать крупную рыбу. То есть тех, кто убивал со вкусом, для удовольствия! Хотя они тоже делали на смерти деньги. 

На одном из званых ужинов в доме мадам Вигуре, супруги дамского портного, мэтр Перрен, адвокат-неудачник, работавший по совместительству полицейским информатором, встретил некую Мари Босс. Эта прорицательница и авантюристка, приняв изрядную дозу вина, в ходе милой беседы с каким-то кавалером воскликнула: «Еще три отравления — и я буду богата! Отличное ремесло!»

На следующее утро мэтр Перрен побежал к знакомому сыщику — господину Дегре — и выложил все, что слышал предыдущей ночью в доме мадам Вигуре. В начале января 1679 года Мари Босс была арестована в собственном доме, а скоро глава полиции Парижа Ла-Рени повелел собрать компромат против мадам Вигуре. И материал собрали, причем в нем фигурировали уже десятки человек, в том числе некая мадам Ла-Вуазен, которая могла поведать много интересного. 

Так началось знаменитое «Дело о ядах», или «Дело о версальских отравительницах». В ходе расследования даже у полиции, повидавшей много кровавых преступлений, волосы вставали дыбом от подробностей, которые всплывали на допросах...

СТРАШНАЯ ТАЙНА ЧЕРНОЙ МЕССЫ

Знаменитая Ла-Вуазен (Катрин Дезе) была дочерью обедневшего дворянина. Брак ее был не вполне удачен: она состояла замужем за галантерейщиком-ювелиром, дела которого были расстроены. Ла-Вуазен довольно быстро поняла, что зарабатывать на жизнь лучше самой. Родила дочь и подозрительно быстро овдовела. Дамочка увлекалась психологией, физиогномикой и хиромантией, гаданиями на картах Таро, а еще умела проводить черные мессы. С такими талантами уж точно не пропадешь! 

Она распространила слух о захватывающих представлениях, гарантирующих неизгладимые впечатления. В ее доме на улице Борегар устроили специальную комнату для магических шоу: роскошная и пугающая своей мистической атрибутикой, она вмещала несколько десятков ищущих острых ощущений богачей. Когда хозяйка дома выходила в великолепном платье из кроваво-красного бархата, украшенном золотом, по залу проносился возглас восхищения. 

Колдунья была хороша, к тому же ее персона была окутана мрачными тайнами, что придавало ей еще больше очарования. Например, говорили, что для изготовления свечей она обычно использует человеческий жир, который покупает у городского палача. А уж скольких ей приписывали любовников! Впрочем, мадам Ла-Вуазен работала над своим имиджем не одна. 

У нее было много помощников: ее давний любовник Лесаж, химик Гибур и дорогая сводня мадам Филатр — эта «славная компания» создала отлаженную преступную сеть. Для своих черных месс они даже покупали живых младенцев, которых им поставляли несколько сотен женщин, занимавшихся похищением новорожденных. Впрочем, в грудничках не было никакого недостатка — их порой отдавали Ла-Вуазен и вовсе бесплатно. Если дамочка из высшего света вдруг согрешила на стороне, то спрятать «последствия» от мужа ей помогала отзывчивая колдунья. 

Когда в ходе расследования были проведены обыски в саду Ла-Вуазен, то полиция обнаружила более тысячи крошечных трупиков, закопанных в землю. Это были останки принесенных в жертву Сатане детей. Обычно обряд проходил следующим образом: над телом женщины, лежащей обнаженной на алтаре, один из помощников колдуньи совершал черную мессу и перерезал горло пищащему младенцу, чтобы заполнить кровью чашу. Потом обескровленное тельце сжигали, а иногда просто закапывали в саду.

БОГАТЫЕ ТОЖЕ ПЛАЧУТ

У монстра с лицом ангела — мадам Ла-Вуазен — не было отбоя от клиентов. Чаще всего ей заказывали приворотное зелье. Но некоторые откровенно просили приготовить яд, или, как его называли остряки, «порошок наследия». Под рукой у колдуньи был целый арсенал таких средств — от тех, что отправляют жертву на тот свет за секунды, до таких, которые убивают настолько медленно, что ни один врач не заподозрит злого умысла. Вердикт обычно был таков: скончался от продолжительной болезни...

В ходе работы Огненной палаты открылись связи Ла-Вуазен со столь знатными персонами, что полиция усомнилась — вправе ли она проводить следствие дальше. Ведь ниточки тянутся во дворец короля! Что же творится там темными ночами?! Закутавшись в черные плащи из дорогой ткани, закрыв лица бархатными масками, вельможи в сопровождении верных слуг проскальзывают в ворота и разбредаются по притонам. Некоторые из них едут к особняку Ла-Вуазен, чтобы просить у колдуньи помощи в самых отвратительных делах.

Когда Людовик XIV узнал о подноготной своего двора, он засекретил следствие: не дай бог, народ узнает, что тут творится! Поди потом объясни, что монарх ни сном ни духом не ведал о творящихся прямо под его носом безобразиях! Людовик испугался мятежа. И не зря. Его авторитет серьезно пострадал даже от минимальной утечки информации с процессов, прокатившихся по стране. А уж знай народ всю правду!.. Трон закачался бы... Множество подозреваемых в участии в черных мессах вовремя укатили за границу. 

Десятки были схвачены. Самых близких к трону греховодников отправили в ссылку, а тех, что знатностью рода не могли похвастать, — кинули в тюрьму.  Лишь несколько десятков обвиняемых были казнены. Среди тех, к кому Фемида была особенно милостива, оказалась мадам Ле-Дре, влюбленная до беспамятства в кардинала Ришелье. Эта особа была обвинена в попытке избавиться при помощи яда от юных соперниц и даже от собственного супруга. Но суд счел обвинения недоказанными и вынес ей лишь строгое предупреждение.

КРОВЬ КОРОЛЯ

Одна из самых захватывающих подробностей из процесса о версальских ведьмах — история с Олимпией Манчини, племянницей кардинала Мазарини. Ее привезли из Италии совсем девочкой, и она стала для молодого короля сначала подругой по играм, а потом и первой фавориткой. Юный Людовик в порыве страсти чуть было не женился на ней, что вызвало бурный протест матери — Анны Австрийской. Кардинал Мазарини поспешил найти пылкой племяннице супруга и выдал ее замуж за графа де Суассона. В этом браке, кстати, на свет появились восемь детей. 

Впрочем, поговаривали, что первый ребенок был плодом любви Олимпии и Людовика. Ни замужество, ни рождение малышей не развеяло тоски графини де Суассон по солнцеликому монарху. Она мечтала снова оказаться в объятиях Людовика, а потому вновь и вновь встречалась с мадам Ла-Вуазен, чтобы просить ее о помощи. Желая заново распалить страсть Людовика, Олимпия приносила колдунье волосы, ногти, галстуки, рубашки, даже чулки монарха, требуя приготовить любовное зелье. 

А однажды, подкупив за баснословные деньги личного лекаря Людовика, обезумевшая любовница достала хрустальный флакончик с королевской кровью. Эта деталь особенно возмутила короля: «Да как она посмела!» Но на плаху — вопреки надеждам придворных — бывшая фаворитка все же не попала. Ее выдворили из Франции, и всю оставшуюся жизнь она скиталась по Европе, пока не покончила с собой в одном из брюссельских кабаков.

ДОЧЬ САТАНЫ

Да что племянница Мазарини! Достоверно известно, что к Ла-Вуазен по меньшей мере дважды обращался сам герцог Орлеанский, брат короля! Сначала он хотел узнать, что стало с мальчиком, которого родила его супруга — принцесса Генриетта. Дело в том, что герцог отказался признать ребенка своим. Но, видно, что-то человеческое в сердце шевелилось... Второй раз — и кто знает, последний ли? — брат короля пришел к колдунье с просьбой изготовить ему некий талисман, который позволил бы влиять на Людовика XIV. 

Тут мадам Ла-Вуазен почувствовала подвох, а потому заявила, что у короля-Солнца имеется столь мощная защита, что никакая сила не сможет побороть ее. Мол, у монарха уже есть талисман, да такой, что повлиять на него невозможно. Между прочим, юная супруга герцога также умерла от загадочной болезни, так что напрашивается вывод о его третьем визите к Ла-Вуазен. 

На черных мессах у колдуньи была не раз замечена и новая фаворитка короля — Атенаис де Мон-теспан, о которой ходили зловещие слухи: мол, эта дочь Сатаны своими руками режет младенцев! Ей дозволялось многое — например, произносить такие вещи, за которые кого угодно тут же отправили бы в Бастилию. Придворные опасались ее и ненавидели. Ходили слухи, что она отправила к праотцам множество соперниц, мечтающих о ложе короля.

Постоянно заказывая для монарха «возбуждающие порошки», могущественная злодейка родила ему семерых детей и продержалась в спальне Людовика почти десять лет! А вот после «Дела о ядах» король начал охладевать к маркизе. Ее причастность к черным мессам и многочисленным убийствам была настолько очевидной, что Людовик уже не мог закрывать глаза на репутацию сей дамы. 

Монарх отказал ей в своей милости, изъял все бумаги, в которых упоминалось имя его первой фаворитки, и лично сжег их в камине. Похоже, для маркизы де Монтеспан отлучение от монаршего ложа оказалось самым страшным наказанием. Во всяком случае, более серьезного не последовало.

ПИР НА ПЛАХЕ

А что же главная фигурантка дела мадам Ла-Вуазен? Она была подвергнута пыткам и, чтобы избавить себя от новых мучений, выдала всех своих сообщников.

Казнь Ла-Вуазен

 

Но руководивший процессом военный министр Лувуа все же ее не помиловал — по приговору суда она была сожжена на костре. Вот как описывает ее казнь французская писательница баронесса де Севинье: 

«Ла-Вуазен уже в понедельник знала, что приговорена к смерти. Удивительно, что в тот же вечер она сказала своим сторожам: «Что же! Разве мы не отпразднуем день Заговенья?» В полночь она сидела за одним с ними столом и ела все, что подавали, много выпила вина и спела два десятка застольных песен.  Во вторник Ла-Вуазен перенесла обыкновенную и чрезвычайную пытки, однако обедала с аппетитом и проспала восемь часов... Вечером она ужинала и, несмотря на измученное тело, снова, как и накануне, стала беситься и развратничать. Ее стыдили, говорили, что надо подумать о Боге и вместо развратных песен читать молитвы. Но она ни за что не соглашалась принять духовника. Наконец в четверг — в день, предшествовавший казни, ей дали только бульон, по какому поводу она весьма бранилась, утверждая, что у нее «не будет сил говорить перед своими судьями». 

Когда ее привезли к месту казни, она снова с презрением оттолкнула от себя священника, отказавшись даже поцеловать святое распятие. Скованную по рукам и ногам ее водрузили на место сожжения. В то время, когда вокруг нее раскладывали солому, она разразилась проклятиями». Стойкая женщина! И невероятная злодейка, возможно, самая бесстыдная в истории преступных деяний...

Ирина ВОСКРЕСЕНСКАЯ


Франция, яд, отравительница, отрава


Другие статьи по теме:


Всего комментариев: 0
avatar